Конец Второй мировой войны. Вроцлав (тогда – немецкий Бреслау) был объявлен нацистскими властями «крепостью» (Festung Breslau) в августе 1944 года. Немцы готовили город к длительной обороне: строились укрепления, эвакуировались архивы и произведения искусства, мобилизовались все доступные ресурсы, а гражданское население заставляли строить оборонительные сооружения. Но вскоре советская Красная армия «освободит» Вроцлав от немцев, создав собственную оккупацию. Чем это обернулось для Нижней Силезии – рассказываем на wroclawyes.eu.
Советская армия во Вроцлаве: хроника событий
Окончательное окружение Вроцлава войсками 1 Украинского фронта Красной армии под командованием маршала Ивана Конева произошло в ночь с 15 на 16 февраля 1945 года. В городе осталось около 80 тысяч немецких военных, включая части 4 танковой армии, батальоны фольксштурма и гитлерюгенда.
Ход событий упомянем лишь в общих чертах:
- 13 февраля 1945 года началось непосредственное окружение города.
- 16 февраля советское командование предложило гарнизону капитулировать, но предложение было отклонено.
- В последующие месяцы шли ожесточенные бои, массированные артиллерийские обстрелы и бомбардировки, одна из крупнейших произошла 1 апреля 1945 года.
- 6 мая 1945 года в 9:00 немецкий гарнизон прекратил сопротивление, а в 18:30 был подписан акт капитуляции.
Вроцлав претерпел катастрофические разрушения: по разным оценкам, уничтожено было до 70 % городской застройки. Массовая эвакуация гражданского населения, организованная еще до начала осады, привела к многочисленным жертвам – во время «маршей смерти» погибло более 90 тысяч жителей. Восстановление города, которое произошло позже, было долгим и трудным.
Поведение Красной армии во Вроцлаве по польским источникам
Польские историки и журналисты отмечают, что после взятия города, как и на других территориях, имели место многочисленные случаи мародерства, насилия и сексуальных преступлений со стороны советских солдат. Это явление приобрело массовый характер после пересечения советской армией довоенной польско-немецкой границы. В то же время в польской историографии подчеркивается, что эти действия не были официальной политикой командования, хотя местному населению от этого было не легче.
В польской исторической памяти пребывание Красной армии во Вроцлаве воспринимается неоднозначно: с одной стороны, это освобождение от нацизма, с другой – начало нового периода оккупации, немного иной по стилю, но, наверное, не менее суровой. Семьи солдат советских войск жили в изолированных районах, поэтому в главном городе региона не были частыми гостями. Во Вроцлаве действовали советские школы и больницы, но контакты с местным населением были ограничены. Однако случаи преступлений, совершенных советскими военными, случались.
После вывода советских войск в 1993 году Вроцлав быстро интегрировал военные территории в городскую среду. Объекты, связанные с войной, были переоборудованы под жилые дома, школы и другие общественные учреждения. Сегодня лишь некоторые памятники и кладбища напоминают о присутствии советской армии в городе.
Советская армия и Легница: особенности исторических событий
Присутствие советских войск во Вроцлаве было менее заметным по сравнению с другими городами, особенно если говорить о Легнице, где солдаты Красной армии появлялись на улицах гораздо чаще.
В январе 1945 года советские войска начали наступление с Сандомирского плацдарма, быстро продвигаясь на запад. К середине марта большая часть территории Нижней Силезии оказалась под контролем Красной армии, за исключением нескольких городов-крепостей, в частности Вроцлава. Легница, расположенная на стратегическом направлении, стала важным пунктом для советских войск.
В июле 1945 года город был выбран как штаб-квартира Северной группы войск Красной армии. По приказу маршала Рокоссовского, польские административные учреждения и гражданское население были вынуждены покинуть центр города в течение 24 часов и переселиться на окраины. Советские военные заняли жилые дома, позволяя жителям взять только самое необходимое. Эти действия напоминали методы, применявшиеся во время нацистской оккупации.
Многие польские переселенцы покинули город, опасаясь за свою безопасность. Когда разрешили возвращение, большинство общественных зданий уже были заняты советскими военными. До конца 1940-х годов парк города оставался под контролем советских войск и польским гражданам приходилось платить за вход. В 1946 году в Легнице проживало около 16 700 поляков, 12 800 немцев и более 60 000 советских военных и их семей.
В течение первых послевоенных лет ситуация с безопасностью в городе была сложной. Советские солдаты часто нападали на польских переселенцев, грабили их имущество, совершали насилие. Милиция имела ограниченные полномочия и часто не могла эффективно реагировать на преступления. В некоторых случаях, когда польские граждане пытались защитить себя, их привлекали к ответственности, обвиняя в нападении на лиц в советской форме.
Со временем уменьшение количества советских войск и их перемещение в казармы способствовало улучшению ситуации. Однако полное восстановление контроля польской администрации над городом продолжалось до конца 1970-х годов, когда последние объекты, занятые советскими военными, были возвращены местным властям.
Отношение местного населения к советским военным
В отличие от Легницы, где советские солдаты были вездесущи почти как часть городского пейзажа, в послевоенном Вроцлаве ощущалась определенная дистанция между местными жителями и оккупантами из СССР. Красноармейцев не было видно на каждом шагу, они вели себя осторожнее, а вроцлавское коренное население могло позволить себе определенные проявления враждебного отношения к ним.
Даже те советские солдаты, которые с семьями решались поехать в центр за покупками, делали это осторожно. Они хорошо знали: в общественном транспорте им никто не будет улыбаться. Пассажиры не скрывали своей неприязни – не потому, что были смельчаками, просто они находились в большинстве и не испытывали страха.
Особенно «опасными» для советских военных считались школьники, которые направлялись домой после занятий. Дети даже не пытались быть осторожными – их взгляды, жесты, а иногда и слова были прямыми и откровенными.
Всё это создавало атмосферу, при которой дети красноармейцев, живших здесь, держались в стороне. Их не пускали гулять по улицам, играть с местными – это было крайне опасно. Детей солдат, очередных оккупантов, приходилось целенаправленно свозить в специальные учебные заведения на улице Кошаровой, а добирались туда закрытыми автобусами.
Как «освободители» обокрали предприятия
И еще один показательный факт – грабеж местных предприятий. Пострадали от этого и Вроцлав, и глубинка Нижнесилезского воеводства.
То, что промышленность понесла серьезные потери от советской «помощи», особенно хорошо видно на примере случая с заводом Linke-Hoffman, позже известным как Pafawag. Сначала его торжественно передали польской администрации, даже начали подготовку к запуску производства. Но неожиданно советские военные выгнали польскую команду и через несколько недель «вернули» пустые цеха. Такая же судьба постигла большинство заводов и даже железнодорожную инфраструктуру. Оборудование, вагоны, трамваи вывозили в огромных объемах.